22 июля 2018

Беседка №198. Анонимность как миф современности

В созданном нами обществе вопрос «кто вы?» не может остаться без ответа..

Оригинальный материал

Недавно Роузи Блэр, писатель и самопровозглашенная «истеричка из глубинки Техаса», взошла на борт самолёта и начала серию постов в Twitter, изменившую её жизнь и жизнь двух людей, сидевших спереди. Роузи и её молодой человек попросили женщину поменяться местами, чтобы пара сидела рядом. «Мы пошутили, что, возможно, её новый сосед по месту станет любовью всей её жизни». И это на самом деле произошло.

По мере развития событий Роузи Блэр начала выкладывать серию сообщений и фото о том, как женщина завела разговор с соседом, как они начали флиртовать и даже отрывки из их разговора. Эта серия постов набрала сотни тысяч «сердечек», комментариев и ретвитов, обеспечивших самой Роузи, её молодому человеку и сидевшему спереди мужчине широкую медийную известность.

Но не женщине, которая поменялась с ними местами.

Скриншоты сообщений серии постов Twitter

В недавно удаленном видео, последовавшем вслед за вирусной перепиской, парочка кратко упомянула о до сих пор остающейся в тени женщине.

«У нас пока нет разрешения [на публикацию материалов с фото и именем] от этой женщины. Но, народ, я уверена, что вы сможете…», — сказала Роузи перед тем, как замолчать, намекая на то, что пользователи могут самостоятельно установить личность этой женщины, если захотят.

Они так и сделали. Они нашли её и «затроллили». Во вторник Роузи Блэр публично извинилась за то, что лишила женщину «прав на свою собственную историю». Факт этого издевательства, также известного, как «доксинг» (doxxing, незаконное распространение личных данных в интернете, прим. переводчика), окрасило изначально счастливую историю в тёмные тона. Ведь история подверглась обсуждению ещё до того, как стала известной личность этой женщины. Прежде всего, права ли была Роузи, выложив происходящее на всеобщее обозрение? И было ли правильным решением пригласить её на национальное телевидение и прославить на всю страну? Главный вопрос: неужели у этой таинственной женщины, которая просто мило беседовала со своим соседом, не было права на сохранность тайны частной жизни?

Может, и не было.

Недавняя история с тем, как такие платформы, как Facebook, «собирают» нашу частную информацию, а именно как Cambridge Analytica, по всей видимости, использовала тест личности в Facebook для сбора информации, которая вскрыла таргетированую политическую рекламу, – дала рост нашей осведомлённости и нашему осознанию проблемы приватности. Упомянутая компания не первой массово собирала информацию о пользователях социальных сетей. Майкл Косински был одним из разработчиков, которые впервые задумались о тесте myPersonality (не являвшемся инструментом по привлечению таргетированной рекламы и не собиравшем информацию о друзьях пользователя), который впоследствии был использован командой Cambrige Analytica в качестве примерного шаблона в своей деятельности. Недавним экскурсом Косински в анализ информации стало спорное предположение, что искусственный интеллект может определять сексуальную ориентацию путём простого изучения лица субъекта на фото.

Недавно в интервью The Guardian Косински рассказал о своём взгляде на приватность и объяснил, почему он хочет раздвинуть её границы в своём исследовании. Он, как и многие из нас, является фаталистом. «Я могу расстраиваться по поводу утраты нами нашей приватности. Но это не сможет отменить факта, что мы её уже потеряли и ситуацию сможет обратить лишь уничтожение нашей цивилизации».

Возможно, он и прав. Но в каком же мире мы живем, когда для его уничтожения достаточно лишь просьбы оставить себя в покое?

Центральный вопрос современного интернета, в котором тренды задают массовые платформы, таков: кто вы?

Экономика платформ от Amazon до Uber строится на этой вариации основанного на слежке капитализма: кто находится за рулём вашей машины и кто находится в ней как пассажир, кто доставляет вам еду и кто её ест, кто останавливается у вас и кто сдаёт вам жильё, кто что ищет, кто с кем дружит, кому что нравится. Таким образом, экономика платформ «терпеть не может» не знать о том, кто вы.

В 2010 году Марк Цукерберг сказал: «Дни, когда вы можете иметь различный имидж для коллег, друзей по работе и других людей, вполне возможно, скоро будут сочтены. Наличие двух личностей для одного человека – пример недобросовестности».

Достаточно лишь беглого взгляда на происходящее в интернете через восемь лет после этого высказывания, чтобы понять его справедливость. Анонимность является убежищем безликих и безымянных твиттер-троллей, которые «доксят» ничего не подозревающих жертв. Анонимность стоит за телефонными розыгрышами, итогом которых является визит спецназа к вам домой. Анонимность подпитывает расистские и шовинистские темы на просторах 4Chan, которые выливаются в остальной интернет со странными и пугающими последствиями. Anonymous – название сообщества, стоящего за взломами и DoS-атаками.

С 2010 года большинство из нас активно действует с целью избежать анонимности. Мы самостоятельно загружаем на различные серверы наши имена, лица, места и даты рождения, свои и своих детей, то, что нам нравится и нет, фотографии из отпуска, особенности потребления и политические предпочтения. Мы показываем их в разных комбинациях на множестве платформ в зависимости от предлагаемых ими сервисов. Мы делаем это, чтобы пройти валидацию в рамках платформы и тем самым получить таковую в реальной жизни. Мы делаем это потому, что нас убедили, что «неанонимность» приравнивается к подлинности.

Это и привело нас к сегодняшнему положению дел, когда мы столкнулись с непреодолимым желанием отыскать таинственную женщину с упомянутого рейса. Это желание создаёт логика капитализма слежки. В созданном нами обществе вопрос «кто вы?» не может остаться без ответа.

Если приватность на самом деле исчезла, то есть лишь одна возможность избежать слежки, какой бы мимолётной она ни была. Мы должны заявить права на территорию, которую система назвала запретной: анонимность. Мы забываем (или нас постоянно заставляют забыть) кое-что важное: хоть анонимность и позволяет происходить ужасным вещам, но сама по себе она не является чем-то плохим. Отнюдь, она представляет собой нейтральное положение вещей, позволяющее происходить как плохому, так и хорошему. Нам так часто напоминают о плохом, что хорошее «тонет» в нём. Но положительные аспекты анонимности сейчас имеют большую фундаментальную важность, чем приватность. Они позволяют нам быть по-настоящему свободными.

Кто-то может знать, что вы читаете этот текст. Если вы выделите его часть или остановитесь на каком-либо фрагменте, если оставите это окно браузера открытым на долгое время или быстро закроете, если поделитесь этим материалом в соцсети или посредством электронной почты – кто-то узнает, также как кто-то знает, что я сейчас пишу этот текст. Мы оба знаем это и ожидаем этого как части основанной на платформах структуры капитализма слежки, построенной для нас.

Но что, если бы вы были анонимны в сети? Если бы могли читать этот текст, не оставляя следов в интернете? Этой информацией не смог бы завладеть никакой человек, программа или алгоритм. Вам, скорее всего, не захотелось бы поделиться текстом. Вам, вероятно, не пришлось бы волноваться, что содержимое текста каким-либо образом повлияло бы на другие читаемые вами тексты. И вы абсолютно точно не стали бы думать об отметке на сервере о сделанной вами паузе для повторного прочтения отдельных абзацев или повторном открытии ссылки. Вкратце, вы бы перестали думать о своих действиях как о части компьютерной программы. Вы бы думали о своих действиях, на самом деле своих.

В догмате общества под слежкой наша идентичность, мысли и действия доступны всем по умолчанию. Все принадлежат всем остальным, анонимность – грех. Не делиться – наглость. Но как насчет всего того, что нам обещали после присоединения к экономике платформ – свобода, выбор, подлинность? Всё это можно получить лишь при отсутствии фиксированной идентичности, которую нам постоянно навязывают. Которая постоянно следует за нами и на которую постоянно смотрят посторонние люди. Анонимно мы можем самостоятельно думать, слушать и учиться. Мы можем меняться, если хотим. И быть кем хотим.

Автор – Колин Хорган

Конечно, этот случай — лишь капля в океане, но из таких ситуаций и состоит общая картина. В современном мире мы и наши действия доступны определённому кругу людей, как бы мы этому не противились. Двойственно наше отношение к этому — что-то делается во благо, что-то — подрывает безопасность и угрожает благополучию. В принципе здесь — очередная борьба добра со злом, здравого смысла и преступных намерений. Но от этого никуда не деться, особенно если есть желание идти в ногу со временем. Есть, над чем подумать.

Читайте также