7 апреля 2019

Беседка №234. Цифровой суррогат жизни

Небольшой очерк о том, как технологии отчуждают нас от нас самих…

Оригинальный материал, автор — Дуглас Рашкофф

За прошедшие несколько лет я довольно категорично отзывался о том, как цифровые технологии используются для десоциализации нас, пользователей, как платформы, такие как Facebook и YouTube, настраивают нас друг против друга, подчеркивая наши отличия и побуждая нас вести себя как вид, находящийся под угрозой исчезновения.

Всё это на самом деле прискорбно, но во многом тут нет ничего нового. Наши СМИ и технологии веками подрывали наши социальные связи. Так в чем же отличие сегодняшней ситуации? Это цифровое отчуждение, по сути, отличается только масштабом, или происходит нечто другое? Мы сможем начать осознавать отличия современной цифровой среды лишь тогда, когда поймём принцип, по которому всё это время работают технологии.
Прежде всего, нам нужно принять тот факт, что, по крайней мере, со времён промышленной эпохи основные технологии разрабатываются не для того, чтобы сделать мир лучше на фундаментальном, практическом и человеческом уровне. Они почти всегда являются выражением какой-то лежащей в их основе экономической динамики, в нашем случае – капитализма.

Как я писал в своей книге Team Human, промышленная эпоха привнесла множество технических инноваций, но лишь единицы из них на самом деле сделали производство более эффективным. Они просто делают человеческий навык менее важным, чтобы можно было меньше платить работникам или легче их заменить. Королева Виктория отправила в Индию механические ткацкие станки с единственной целью — получить возможность нанимать менее опытных работников и обесценить местный рынок. Вместо того, чтобы нанимать опытных мастеров, которых сложно использовать в своих целях и непросто заменить, производственные линии были сконструированы с упором на использование неквалифицированного труда. Работников нужно было обучить выполнять лишь одну простую задачу, например, забить один гвоздь в подошву ботинка. Обучение занимало минуты, а не годы. Если работники начинали жаловаться на уровень зарплаты или условия труда, то их меняли на следующий день.

Потребителям промышленных товаров нравилась идея, что в производстве не принимали участие человеческие руки. Они восторгались бесшовными обработанными кромками на продукции промышленной эпохи. В них не было ни одного мелкого недочёта, которые характерны для сшитых или сделанных вручную товаров. Не было и следа участия человека. Таким был новый фетиш. На Всемирной выставке промышленных работ всех народов, прошедшей в Гайд-парке в 1851 году, принц Альберт провозгласил превосходство Англии на мировом рынке, представив на суд зрителей невероятную выставку товаров серийного производства. Гостям показали механические ткацкие станки и паровые двигатели, но ни одним из этих устройств не управляли люди-операторы.

Да даже сегодня работники китайских заводов по производству смартфонов стирают с них отпечатки пальцев высокотоксичным раствором, использование которого (доказано) укорачивает жизнь сотрудников. Вот насколько потребители ценят свою веру в то, что их устройства появились на свет в результате магических ритуалов, а не были собраны пальцами детей, которым недоплатили и вдобавок отравили. Создание иллюзии отсутствия причастности человека на самом деле стоит больше, чем человеческая жизнь.

Конечно, массовое производство товаров требует массового продвижения. Хоть люди некогда и покупали товары непосредственно у тех, кто их произвёл, массовое производство разделило потребителя и производителя и заменило эти человеческие взаимоотношения брендом. Поэтому люди, привыкшие покупать овёс у мельника-соседа, стали потребителями, которым теперь нужно идти в магазин и покупать коробку, приехавшую издалека.

Имидж бренда заменил реального человека придуманным, тщательно разработанным для того, чтобы нравиться нам больше, чем обычный живой человек. Также как и промышленные товары считались сравнительно лучшими благодаря своей свободе от воздействия человеческих рук, так и наши взаимоотношения с идеализированными брендами в потребительской культуре должны были превзойти наши любые взаимоотношения с несовершенными согражданами. Взаимоотношения с брендами максимально приблизились к платоническим идеалам: они чисты, абстрактны и обезличены.

Для этого производители снова прибегли к технологии. Массовое производство могло привести к появлению массового продвижения, но затем последнему потребовалась помощь СМИ для того, чтобы охватить больше потенциальных потребителей. Нам может нравиться мысль о том, что радио и телевидение изобрели с целью дать больший охват артистам, но расцвет вещательных СМИ был спланирован исключительно для предоставления новым американским брендам возможности донести свою рекламу до людей по всей стране. Так родилась культура потребления и медиа-технологии стали основным способом убеждения людей ставить факт владения выше взаимоотношений, а социальный статус – выше социальных связей.

Чем менее плодотворны реальные отношения в чьей-то жизни, тем более уязвимой целью они становятся для отношений искусственных.

Контролирующий капитализм, на который многие из нас жалуются, является простым развитием усилий по разобщению людей, чтобы потом обработать каждого по отдельности алгоритмами. И потом запереть нас в персонализированных новостных лентах, в которых мы общаемся с контентом, а не друг с другом. Препятствуя установлению взаимопонимания между людьми, такие платформы удерживают нас от достижения единения и силы. Перед нами всё та же старая добрая промышленная эпоха, всё та же обусловленная телевидением десоциализация, просто усиленная мощными цифровыми инструментами.

В этом смысле тот же Facebook является чем-то новым. Как Netflix, Instagram или Amazon Prime, он является основанным на экономике внимания телевидением, работающим на цифровой платформе и несущим те же психологические эффекты. Новая форма уникальной цифровой манипуляции возникает в том, как эти платформы влияют на нас как личностей, как отдельно взятых людей. Как только алгоритмы «ухватят» нас за ствол мозга, они перестают работать на разобщение нас и тех, кого мы любим, а заставляют нас забыть, кто мы есть. Они отчуждают нас не от ценностей, которые мы создаём, а от нашего постоянного стремления к лучшему как здравомыслящих живых существ. Они отключают нас от нашей души.

Как же это выглядит? Это – цифровая среда, где мы осознаём нашу значимость посредством метрик: количества друзей, сердечек и, да, перепостов, но также посредством нашей общественной ценности как работников и кормильцев, но не фундаментальных ценностей и человеческого достоинства. Это то, что побуждает нас покупать школьникам планшеты и ноутбуки вместо того, чтобы предоставить учителям больше пространства для автономной работы и занятий с учениками. Это то, каким главный исследователь в Google увидел искусственный интеллект в качестве нашего эволюционного будущего.

Многие из нас ощущают эту дезориентацию уже сейчас, когда новостные материалы и срочные выпуски представляются нам таким образом, что вызывают реакцию «бей / беги», но затем заменяются одна на другую, пока мы не достигнем какой-либо кажущейся степени понимания информации. Так работают алгоритмы, они сглаживают нашу непредсказуемость и заставляют нас вести себя в соответствии с профилем потребителя. Всё это прослеживается во всем, от алгоритмов игровых автоматов, встроенных в наши новостные ленты для стимуляции аддиктивного поведения, до автоматически подстроенной поп-музыки, которая подвергает недавно бывший человеческим голос квантизации и стандартизации. Это не просто асоциально, это бесчеловечно.

Да, проще всего вернуть утраченные взаимоотношения. Быть человеком – значит играть в команде, и мы можем с легкостью перекраивать себя, для этого достаточно взять кого-то за руку, взглянуть в глаза и просто дышать в унисон.

Оригинальный материал, автор — Дуглас Рашкофф

Во всей этой цифровой экономике, кажется, так непросто найти что-то живое, настоящее и реальное, что-то, что не стремится заработать на тебе деньги, подстроить тебя под нелепый алгоритм, прописать твои действия на перспективу и превратить тебя в очередного участника бесполезной «крысиной возни», которой нет конца и края. «Ты купи сейчас, это же здорово, смотри, какое волшебство! А с последствиями разберёмся потом», — как бы говорят нам билборды и бьющие по глазам баннеры в сети.

Конечно, проблема может показаться высосанной из пальца, но эволюция технологий неумолима, тем более тех, которые направлены на заработок денег на «больших данных», массах людей, маркетингу в соцсетях и интернете в целом. Идеалы дробятся, навязанные желания — множатся, и время вне сети становится чем-то далёким, почти забытым. И всё это — на руку алгоритмам, которые с удовольствием тянут в свои сети всё новых пользователей. Но, хочется надеяться, что хотя бы отдельные представители человека разумного найдут в себе силы быть выше этого и не забывать о жизни реальной, какой бы сложной она ни была.

Читайте также